Историк С.В. Волков - Советский истеблишмент - II - Генералитет (1)
Rambler's Top100

Сайт историка Сергея Владимировича Волкова

————————————— • —————————————
———————— • ————————

Книги

————— • —————

Советский истеблишмент

——— • ———

Глава II
Генералитет

 

 

1 • 2 • 3

Становление советского генералитета проходило достаточно специфично, и его трудно рассматривать параллельно разным группам партийно-государственного руководства. На его состав большее влияние, чем политические эпохи, оказывали войны и связанные с ними с одной стороны, массовые производства, а с другой — потери. Учитывая также чистки и репрессии (которым он подвергался в гораздо большей степени, чем другие высшие группы) и реформы, его состав целесообразно разделить на следующие «поколения»:
1) на время Гражданской войны
(занимавшие соответствующие должности в 1918–1922 гг.),
2) к 1937 г.
(произведенные после гражданской войны и до начала репрессий, т.е. по 1936 г.),
3) к 1940 г.
(произведенные в 1937–1940 гг.),
4) произведенные в 1941–1945 гг.,
5) послевоенный период до хрущевских сокращений 1956 г.
(произведенные в 1946–1956 гг.),
6) в хрущевско-брежневское время
(произведенные после 1957),
7) служившие к 1991 г.
(как правило, произведенные после 1982 г.){11}.

В данном случае под генералитетом имеются в виду все лица, занимавшие высшие должности определенного уровня в армии, на флоте, системе ВЧК-ОГПУ-НКВД-КГБ — как командные, так и политические и технические. Довольно долго никаких воинских званий в РККА не существовало, поэтому для периода Гражданской войны учтены лица, занимавшие соответствующие должности (для которых позже, в 20-х — 30-х годах были предусмотрены знаки различия в виде «ромбов», отделявшие высший комсостав от старшего — со «шпалами»). В 1935 г. были впервые введены персональные воинские звания типа «комбриг», «комдив» и т.д., а в 1940 г. — собственно генеральские звания, причем уровень «комбригов» исчез, однако до 1943 г. в армии оставались равные ему звания комиссаров, а в НКВД — майоров госбезопасности (в 1943–1945 гг. им соответствовало звание полковника госбезопасности, а затем, с переводом чинов ГБ на общеармейскую структуру они стали просто полковниками и выпали из «генеральского» уровня).

Если к первому поколению политического руководства выше были отнесены все те, кто входил в его состав до «сталинских репрессий» (ибо к этому времени при власти были те же самые люди, что действовали в Гражданскую войну), то высший командный и политический состав времен Гражданской войны по персональному составу от состава середины 30-х отличался радикально. Высший комсостав РККА времен Гражданской войны (командиры и начальники штабов от дивизии и выше, начальники центральных военных учреждений и штабов, различных управлений, учебных заведений, инспекторы родов войск и т.п.) был, можно сказать, явлением сугубо временным и для советского режима явлением случайным и инородным, поскольку практически целиком состоял из «классово-чуждых элементов» — бывших офицеров (они, в частности, составляли 92,3% командующих фронтами, 100% начальников штабов фронтов, 91,3% командующих армиями, 97,4% начальников штабов армий, 88,9% начальников дивизий и 97% начальников штабов дивизий{12}). Они были использованы большевиками, как используют одноразовые шприцы, и практически сразу после окончания войны были выброшены из армии, а многие и расстреляны. Но и комиссарский состав этого времени для армии был случайным, после войны почти никто из этих партработников (часто наиболее видных большевиков) в армии не остался, перейдя на партийно-государственную и хозяйственную работу.

Поскольку и комиссары были представлены в основном «профессиональными революционерами», по социальному происхождению комсостав этого времени резко отличался от следующих поколений. Из образованного слоя вышло свыше половины, в т.ч. 34% из дворян (естественно, особенно велика их доля среди родившихся до 1890 г.), а по положению к «старой интеллигенции» принадлежало свыше 90% (офицеры, произведенные в 1914–1917 гг., в подавляющей массе были простого происхождения). По национальности 81,3% были русскими, около 8 приходилось на немцев и поляков (традиционно составлявших заметную часть офицерского корпуса русской армии), 5 — на евреев (за счет комиссаров) и около 4 — на прибалтов, остальные национальности представлены незначительно. 52,1% вступили в РККА, будучи офицерами, около 4% — солдатами и унтер-офицерами русской армии, остальные — партработниками (комиссары). Неудивительно, что это единственное поколение комсостава, где значительна (около 20%) доля тех, кто никогда не был членом партии. Из этого поколения 47,5% было репрессировано (как во время Гражданской войны, так и позже, главным образом в 1930–1931 и 1937–1938 гг.), еще около 6% бежало к белым или в эмиграцию и четверть погибла в боях или умерла на службе естественной смертью. Как уже говорилось, преемственность между высшим комсоставом Гражданской войны и 30-х годов минимальна (примерно как между тем, что был до 37-го года и после): к 1936 г. из них в армии остается лишь менее 15%, после репрессий — менее 4%, но зато эти (люди типа Ворошилова и Буденного) держатся вплоть до хрущевско-брежневского времени.

——— • ———

назад  вверх  дальше
Оглавление
Книги


www.swolkov.ru © С.В. Волков
Охраняется законами РФ об авторских и смежных правах
Создание и дизайн www.swolkov.ru © Вадим Рогге